soraman (soraman) wrote,
soraman
soraman

Categories:

Братья Тур.Тризна (К 59 летию годовщины Великой Победы СССР над фашистской Германией)

К высоким благородным человеческим чувствам – любви, материнству, дружбе – война прибавила ещё одно: месть.

Есть месть прекрасная и чистая, как любовь, самозабвенная и жертвенная, как материнство, возвышенная и светлая, как справедливость.

Шестеро всадников из Башкирской кавалерийской дивизии отправились ночью в разведку, в тыл к противнику. Среди них были воины разных возрастов, от седобородого Юлты, знатного чабана, награждённого большой серебряной медалью на Сельскохозяйственной выставке, до совсем ещё юного Салавата Габитова, недавнего студента педагогического института в Уфе. Это были опытные, искусные разведчики, выросшие в великом общении с природой, под высокими степными звёздами. Они уверенно шли кустарниками, ступая так осторожно, что ночные птицы не снимались с болот при их приближении. Но сказано в старой пословице, глупая случайность умнее самого мудрого старика. Никто уже не расскажет нам, как погибли шестеро разведчиков, но только на следующее утро шесть трупов, раздетых донага, были выброшены из немецких окопов на простреливаемую миномётами полянку, разделявшую наши позиции от немецких.

Под губительным огнём смельчаки-друзья подползли к трупам и, обняв их, как живых, волоком вытащили из-под обстрела, чтобы предать честному воинскому погребению.

Нагие тела разведчиков хранили следы невиданных надругательств. Седая борода Юлты была сожжена, а медаль Сельскохозяйственной выставки вбита в его старую грудь под соском. На щеках приметно обозначались десятки маленьких багряных кружков – видно, «северные рыцари» гасили окурки сигарет о лица пленных. Раскрошенные губы и вырезанные языки свидетельствовали о том, что разведчики не проронили ни единого слова перед недостойным противником и умерли в безмолвии, как подобает умирать перед лицом врага. И только пустые глазницы, откуда вытекли раздавленные кулаком глаза, как бы глядели на товарищей, призывая к отмщению. И розовая пена засохла в углах губ, подобно застывшему проклятию, исторгнутому из ненавидящей гортани.

Несколько минут в горестном молчании стоял эскадрон вокруг обесчещенных тел. Закат лёг на лица мёртвых, как припущенное знамя. Их похоронили на опушке леса, под русскими берёзами, завернув в бурки и положив под головы уздечки. Так хоронят в степи всадников. Тела их положили на восток, к родным степям.

А когда стемнело, двадцать башкир в безмолвии выехали верхом из расположенного полка. Неслышно ступали кони с обёрнутыми соломой и замотанными в рогожу копытами. Много часов ехали всадники. Давно уже отошли они потаёнными тропами за линию фронта. Они так далеко прошли в сердце вражеских позиций, что к середине ночи достигли дальнобойных немецких батарей. Под громадами фашистских пушек, тяжело вдавившихся в чужую землю, спокойно спали их расчёты, чувствуя себя в безопасности в далёком тылу... Тяжёлые мохнатоногие лошади мирно щипали траву.

Бесшумно сняв ножами часовых и оставив коней в леске, башкиры неслышно подползли к спавшим немцам. Долговязые артиллеристы посапывали во сне.

В неверном свете луны, изредка появлявшейся из-за туч, башкиры в безмолвии работали длинными охотничьими ножами. Они знали, что высокомерные фашисты, не считают их за людей, и били фашистов не как людей, а как баранов в степи – в сонную артерию. Один только плечистый ефрейтор вскрикнул слегка, но тотчас же проглотил свой крик вместе с кровью. Так ловко и бесшумно работали мстители. Всего только несколько минут длилась эта ночная тризна, это безмолвное пиршество мести при суровом свете луны, сквозившей из-за туч.

Забив ножами тридцать восемь немцев и споров с них погоны, башкиры заклинили пушки, и, захватив пятьдесят шесть лошадей, двинулись обратно. Немецкие битюги покорно следовали за ними, почувствовав твёрдую руку настоящих коневодов, объезжавших неукротимых степных лошадей.

К утру, мстители вернулись в полк. Тряхнув связкой немецких погон, командир сказал: «Неплохие поминки…». Участники ночной вылазки сдали пятьдесят лошадей под расписку интенданту полка. А шестерых коней, по числу погибших разведчиков, мстители закололи над их могилами, положив их, как дары, на свежие насыпи. Так хоронят в степи всадников. И русские берёзы в головах медленно роняли желтеющие листья на могилы, как бы оплакивая меднолицых сыновей отчизны, пришедших с другого её края защищать их от врага.

Подобно тому, как прах шести башкирских разведчиков войдёт животворным соком в корни русских берёз, — слава о подвиге двадцати мстителей войдёт в память народа русского. Преклоним же колени и постоим в раздумье перед священной красотой этой воинской тризны, в которой отразилось благородное сердце старинного степного народа!
См. Газета «Красная звезда» от 7 октября 1942 г., среда № 236 (5300)
Tags: II мировая война, ИСТОРИЯ, КУЛЬТУРА, башкиры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments