September 14th, 2009

мадьяр с Урала

Бурджаны и баджгарды в Азии

Пребывание в I тыс. н. э. предков юго-восточных башкирских племен в Средней Азии, а точнее в присырдарьинских областях и в Приаралье имеет принципиальное значение для понимания этногенеза башкир. Поэтому важно сопоставить этнографический материал с другими источниками[1] .

Предки усерган, тангаур, а также некоторых других башкирских племен в эпоху раннего средневековья и арабо-персидских источниках были известны под общим названием баджгард, баджгурд, басджирт или башхарт. Бурзяне под своим собственным именем (араб. — ­­­бурджан, борджана) с конца I тыс. н. э. до XIV в. постоянно упоминаются на территории от Прикаспия до Византии. Сведения о баджгардах и бурджанах имеются у Ал-Бируни, Ал-Масуди, Гардизи, Ал-Идриси и в сочинениях других восточных писателей.

По Ал-Бируни, «область, занимаемая седьмым климатом» и населенная «различными разрядами тюрок... проходит через горы Башхарт, через пределы печенегов, города Сувар и Булгар...»[2]. Сообщение Ал-Бируни, которое опирается на более раннюю традицию (Ибн-Хордадбех, IX в.), повторяется во многих арабо-персидских источниках. Почти без изменений оно было заимствовано космографом-компилятором XIII в. Ал-Казвини, из сочинения которого это сообщение перешло в труды восточных авторов XIV—XV вв. Так, в первой половине XV в. Абд ар-Рашид ал-Бакуви писал, что седьмой климат «проходит   по  горам  Башкырд,   к  пределам   ал-Баджанак,   городам Сувар  и   Булгар  и  кончается  у   моря   ал-Мухит»[3]. В исторических исследованиях «горы Башхарт» издавна идентифицируются  с Уральскими горами,  однако опирается этот тезис единственно на факт современного расселения башкир в области Южного Урала. Автор, у которого Ал-Бируни заимствовал   цитированное   сообщение,   имел   в   виду,   очевидно, иную  ситуацию,   отражающую историко-этнографическую  карту VIII—IX вв. или более раннего времени. Едва ли может быть поколеблен прочно утвердившийся в науке тезис о расселении печенегов во второй половине IX в. в междуречье Эмба-Яик-Волга[4]. В последние годы он нашел убедительное подтверждение в археологических исследованиях, в которых отмечается, что печенежско-торческие древности в Поволжье не распространялись севернее широты Жигулевских гор[5]. Следовательно, «пределы печенегов» не могли оказаться между Уральский хребтом и городами Сувар и Булгар. Согласно арабской географической традиции, седьмой климат «начинается на востоке, где леса и горы, в которых обитают некие [группы людей] из тюрок, похожие на дикарей»[6]. «Горы Башхарт», которые Ал-Бируни и его компиляторами упоминаются до печенежских пределов, могли находиться где-то на востоке, скорее всего в восточном соседстве от печенегов, кочевавших на рубеже VIII —IX вв. но среднему течению Сырдарьи и в прилегающих к нему с севера и юга степях. Как убедимся ниже, аргументацию этого вывода имеется возможность расширить с привлечением других материалов.

В источниках есть и прямые указания, свидетельствующие о пребывании древних башкир на Сырдарье и в Приаралье. Ал-Масуди (X в.), говоря о причинах движения тюркских кочевников с востока на запад, упоминает битву «четырех тюркских племен» «у моря Гурганча» (Аральского. — Р. К.) с гузами, карлукамп и кипчаками. Масуди приводит названия этих «тюркских племен»: баджанак, баджане, баджгард и наукерде[7]. Эти же сведения Ал-Масудп повторяет в «Китаб ат-танбих ва-л-ишраф» со ссылкой на другое, не дошедшее до нас сочинение и с некоторыми новыми деталями: «... а мы упомянули в книге «Китаб фунун ал-ма’ариф ва маджера фи-д-духур ас-са-валиф» причины переселения этих четырех тюркских племен с востока и то, что было между ними, гузами, карлуками и кимаками из войн и набегов на Джурджанийском озере» (МИТТ, 1939, стр. 166). Сомнения в достоверности сообщения Ал-Масуди, высказанные в свое время И. Марквартом и А. Ю. Якубовским, отпали после того, как была доказана возможность контакта в VIII—IX вв. на Сырдарье и в Приаралье огузов, карлуков и кимако-кипчакских племен с печенегами[8]. Известно, что упомянутые Ал-Масуди племена (по крайней мере три из них: баджанак, баджане и баджгард) после поражения у «Джуржанийского озера» (Аральского моря. — Р. К.) переселились на Северный Кавказ, в среду хазар и алан[9]. Для нашей темы весьма важно установить время этих событий. Опираясь на общую хронологию печенежской истории в IX в., исследователи относят их к эпохе между серединой и концом IX в.[10]. Более раннюю и, вероятно, достоверную дату называет Н. Курат. Ссылаясь на неизвестное нам сообщение Ал-Балазури (IX в.), он пишет, что печенеги и союзные им племена потерпели поражение и покинули Приаральские степи во времена халифа Абдуллаха ибн-Гахира, т.е. в 830—844 гг.[11].

После передвижения из Приаралья к западу, башкиры упоминаются в сочинении Гардизи (XI в.). По его словам, «Башгирд был из высших чинов хазар. Он расположился между хазарами и кимаками с 2000 всадниками. Хазарский хакан послал к Башгирду человека с предложением вытеснить саклаба...»[12]. Но в XI в. башкиры жили к северу от кипчаков и никак не могли оказаться «между хазарами и кимаками». Гардизи отражает ту эпоху в истории башкирских племен, когда они кочевали к востоку (или к северо-востоку) от хазар и к западу от кимаков, т. е. где-то в степях Прикаспия и Приаралья. Строго придерживаясь обычной для арабо-персидской литературы преемственности традиций, Гардизи включил в свое сочинение сведения о башкирах, заимствованные у предшественников, не считаясь с тем, что к XI в. этническая карта в этом районе мира существенно изменилась.

 

О БУРЗЯНАХ ИЗ АРЫ ТАУЛЫ-ЯМАШ

 

Таулы-ямаш-бурзяне проживают в дер. Беренсе Эткол (Яны Киньэбулат, Ямаш), Буранбай (Асыл, Киньэбулат, Элкэш) Баймакского района Республики Башкортостан[13].

 

О РОДАХ ЯМАШ И МОНАШ БАШКИРСКОГО ПЛЕМЕНИ БУРЗЯН[14]

 

Интересные параллели мы находим и в этнических преданиях башкордов Южного Урала. Так башкорды рода Бурзян возводят свою генеалогию к двум мифическим братьям Монашу и Ямашу как и ведические арии Куру и древние иранцы «АВЕСТЫ», почитавшие своими прародителями братьев Ману — Манушчихра и Яму — Йиму. Такое совпадение вполне закономерно и напрямую указывает на родство башкордов Урала со всем индоиранским миром. Точно также как и одной из причин формирования термина Индо — германцы (помимо того что лексическая система индоиранских и германских языков на 80% является индоевропейской) явилось то, что и у германцев по мифу прародителем является легендарный Манн, который соответствует ведийско — авестийскому брату — близнецу Ману — Манушчихру. Примечательно и то, что если у башкордов Урала мифические братья — близнецы Монаш и Ямаш являются потомками некого Туйне, то у германцев Манн является сыном бога Туисто, равного ведическому Дъяусу, греческому Теосу и Малеку — Тауису у курдов.

Башкорды Урала рода Бурзян считают, что ведут свое происхождение от мифического прародителя Бурзяна, давшего свое имя всему роду. На древнеперсидском слово — Берези, означает «огонь, пламя». Бурзян был отцом Бикана, чьим сыном был Урал, его сыном Туйнэ, его сыном был Бурангул, его сын Бишкурт, его сыном Тимер-Карабуга, у которого было два сына Аллаяр и Кутлуяр. У Кутлуяра было два сына Янсары и Байсары, а у Аллаяра одного сына звали Монаш, а другого Ямаш.

Наиболее важным историческим фактом в этом перечне имен генеалогического древа башкордов рода Бурзян является полное совпадение пятерых из них — Бурзян, Урал, Туйне, Монаш и Ямаш с именами прародителей человечества и племен как в ведийско-арийской, так и шире, в индо-германской мифологии.

Башкордские имена мифических братьев-прародителей Монаша и Ямаша точно соответствуют именам двух братьев-прародителей Ману и Яме в ведийско-арийской мифологии. В ведийской традиции Ману — сын солярного божества Вивасванта, известного в «АВЕСТЕ» как — Вивахвант[15] от жены Шатарупы. Тогда как Яма сын Вивасванта и Саранью.

 

Древняя часть генеалогического древа башкирского племени Бурзян:

 

    Бурзян — (Берези «огонь», авест.)

                  |

              Бикан-бий

                  |

Урал-бий — (Wiralt «первочеловек-мир», др. нем.)

      |

Туйнэ-бий — (Tyисто, др. нем.)

                             |

Бурангул-бий - (Varuna –бeре «море» курдск.)

                             |

Бишкуртка - (Пянж коре «пять куру», др. иранск.)

                             |

Тимер-карабуга

                  ______|______________________

Аллаяр                                                Кутлуяр

________|_______                                      

Монаш (Ману)       Ямаш (Яма)                                 

                                         |     

                    __________________

       Янсары                                   Байсары-Буляр 

                                                  (основал Буляр)

|

Гасан-хан

(основал Казань)

 

 

 

По традиции Ману почитался царем людей, живущих на земле, тогда как его брат Яма почитался царем загробного мира, то есть царем умерших людей.

Слово — Мануш с древнеиндийского переводится «сын Ману», то есть сыновья-потомки Ману. Слово Ямаш с древнеиндийского переводится уже как — «сын Ямы», т.е. потомки от Ямы. Башкордско-ведийское имя Ману имеет свое продолжение и дальше, в германо-скандинавской мифологии. Так, в германской мифологии Манн — первочеловек, сын Туисто, отец родоначальников трех племенных групп древних германцев — ингевонов, истевонов и герминионов. Здесь мы видим, что древнегерманское божество Туисто отец Манна точно соответствует Туйнэ, предку Монаша, в преданиях башкордов рода Бурзян. Необходимо обратить внимание и на следующее совпадение: у германцев божество Туисто соответствует скандинавскому Эмиру, убив которого, его дети — Один — Вилли — Ве разрубили труп на четыре части и соворили из частей его тела Вселенную — из мяса — землю, из костей — горы, из крови — море, из черепа — небо.

В башкордском мифе о сотворении Вселенной говорится, что весь мир произошел из мертвого тела Урала, который по генеалогическому древу башкордов Бурзян является отцом Туйне, тождественного в свою очередь скандинаво-германскому божеству Туисто-Имиру. Если по скандинаво-германскому преданию из мертвого тела Туисто-Имира его дети создали мир, то у башкордов весь мир возник из расчлененного на четыре части мертвого тела Урала, отца Туйне-Туисто.

Особый интерес здесь представляет индогерманская этимология древнебашкордского имени Урал. В германских языках, равно как и в санскрите слова: — Vir-Ver означают «мужчина-человек»; тогда как слово — Alt-old в немецком и английском языках значат — «пожилой, древний». Словосочетание Ver-alt «Старый, Древний человек» со временем у немцев и англичан стало означать — welt-world «мир», «Вселенная», таким образом этимологически и семантически точно соответствует древнебашкордскому слову Урал, то есть — Древнейший Человек (из которого произошел весь мир).

Как пишет В.Н.Топоров: «немецкое Welt и английское World строится через соотнесение с человеческим возрастом, поколением (герм. Wer, «человек», «мужчина», и alt, altar, «возраст», «поколение» …»[16].

К этим словам ученого следует добавить, что и в санскрите слово — Vir «человек», «мужчина», «муж». Как видим башкордское слово Урал и связанная с ним мифологема имеют генетическое родство как с германским, так и индо-иранским миром. Далее родство предания башкордов рода Бурзян с индо-иранским миром подтверждает и другое имя их первопредка — Ямаш. В древнеиндийской эпической мифологии бог Яма, сын Вивасванта и брат Ману, точно также как и в родословном предании башкордов рода Бурзян Ямаш — брат Монаша.

Теперь нам необходимо выяснить, где именно на Урале или уже после переселения в Индию у ведических ариев зародились мифы о братьях-прародителях Ману и Яме (Мануше и Ямаше)[17]. Ответ на этот вопрос нам дает «АВЕСТА». В древности до исторического разделения индо-иранцев на ведических и митаннийских ариев предки индийцев и иранцев представляли один единый народ, говорящих на общем языке, состоящем из нескольких близких друг другу диалектах, и поклонялись одним и тем же национальным богам. Поэтому в священной книге иранцев-зороастрийцев «АВЕСТЕ», в наиболее древних частях мы встречаем те же имена богов, которые упомянаются и в «Риг-Веде». Именно к числу богов, имена которых упоминаются и в «АВЕСТЕ» и «Риг-Веде», относится Вивасвант[18] вместе со своими сыновьями Ямой и Ману[19]. В «АВЕСТЕ» ведийский Яма известен как Йима и также почитается сыном Вивахванта (Вивасванта), а Ману известен как Манушчихр.

 

ПРИМЕЧАНИЯ:



[1] Кузеев Р.Г. Происхождение башкирского народа. М., Наука, С.133-135.

[2] Заходер Б.Н. Каспийский свод сведений о Восточной Европе, Горган и Поволжье в IX-X вв. М., 1962, С.95.

[3] Ал-Бакуви Абд ар-Рашид. Сокращение [книги] о «Памятниках» и чудеса царя могучего. М., 1971, С.111.

[4] Kurat A.N. Peçeneg tarihi. Istanbul, 1937, P.28-30.

[5] Плетнёва С.А. Печенеги, торки и половцы в южнорусских степях. МИА, 1958, №62, С.154; Федоров-Давыдов Г.А. Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов. М., 1966, С.141.

[6] Ал-Бакуви Абд ар-Рашид. Сокращение [книги] о «Памятниках» и чудеса царя могучего. М., 1971, С.111.

[7] Гаркави А.Я. Сведения мусульманских писателей о славянах и русах (с половины VII в. до Х в. по Р.Х.). СПб., 1870, С.148.

[8] Кляшторный С.Г. Древнетюркские рунические памятники как источник по истории Средней Азии. М., 1964, С.177.

[9] Kurat A.N. Peçeneg tarihi. Istanbul, 1937.

[10] Агаджанов С.Г. Очерки истории огузов и туркмен Средней Азии IX-XIII вв. Ашхабад, 1969, С.129; Кумеков Б.Е. Государство кимаков IX-XI вв. по арабским источникам. Алма-Ата, 1972, С.58.

[11] Kurat A.N. Peçeneg tarihi. Istanbul, 1937.

[12] Macartney C.A. The Magyars in the ninth century. Cambridge, 1930, P.37.

[13] Камалов А.А., Камалова Ф.У. Атайсал. Уфа, Китап, 2001, С.125-127.

[14] Галлямов С.А. Башкурдский язык и Cанскрит. М.-СПб., Инст.КПА, 2003, С.36-37, 273.

[15] Рак И.В. Авеста в русских переводах (1861-1996). СПб., Нева - Летний сад, 1998, С.431-432.

[16] Мифы народов мира. М., Советская энциклопедия, 1982, т.2, С.9.

[17] Галлямов С.А. Башкурдский язык и Cанскрит. М.-СПб., Инст.КПА, 2003, С.274-276.

[18] Рак И.В. Мифы Древнего и раннесредневекового Ирана (зороастризм). СПб.-М., Нева - Летний сад, 1998, С.463-465.

[19] Заратустра. Учения огня. Гаты и молитвы. М., ЭКСМО-Пресс, 2002, С.51-55.